После победы на берлинале на меня завели уголовное дело — «новости кино»

Легенда югославского кино Желимир Жилник о Газпроме и коммунистическом «прошлом»

Одним из основных событийпрошедшего киногода стало возвращение интереса к Желимиру Жилнику — всущности, открытие заново данной живой легенды югославского кино.Ретроспективы его фильмов прошли на многих больших фестивалях (включаяпетербургское «Послание к человеку»). В 1960-х Жилник был одним изфлагманов «тёмной волны» балканского кино — авангардистом, отчаяннокритиковавшим коммунистический режим и награжденным «Золотым медведем»Берлинского фестиваля за фильм «Ранние работы».

Жилник пережил изгнаниене лишь из соцлагеря, но и из капиталистической Германии, откуда еговыдворили за симпатию к РАФ. Мятежник от природы, режиссер не пересталснимать кино об угнетенных и обездоленных и в свободной Сербии, нескрывая презрения ни к националисту Милошевичу, ни к поменявшему егокурсу на интеграцию в новую Европу. «Лента.ру» поболтала с Жилником осудьбе режиссера в югославском обществе, скандальных деньгах «Газпрома» исхожем лицемерии капитализма и коммунизма.

«Лента.ру»: Ваши родители были коммунистамии погибли на протяжении войны в концлагере. Вас воспитывали родственники.Какими были ваши самые ранние воспоминания?

Желимир Жилник:Как и любой человек, я не помню себя в самом раннем детстве. Но я помнюпослевоенную Югославию. Мне, возможно, было пять либо шесть лет, я жил стетей и дядей в деревне. Тетя была учительницей, дядя был доктором. Япомню, как уничтожена была страна по окончании Второй мировой войны. Дядя ездилна повозке, запряженной лошадьми, по соседним сёлам и лечил людей,помогал роженицам, делал операции, накладывал гипс.

Условия былибеднейшие. В 1947-м я отправился в школу в Белграде. И что я запомнил?Белград был очень практически уничтожен.

Сначала его бомбили немцы, потомсоюзники, пробуя высвободить от гитлеровцев. Кинотеатров и культурнойжизни не существовало. Меня поразило, что многие мои соученики ходили вшколу в древесных башмаках.

После победы на берлинале на меня завели уголовное дело - «новости кино»

Желимир ЖилникФото: KRIVA — Feministicka Medijska Produkcija

В то время, когда вы осознали, что желаете стать режиссером?

Чтоинтересно, в ранних пятидесятых уровень качества судьбы уже существенно выросло.В то время, когда мне было 14-15, оказалось, что я живу во в полной мере комфортабельныхусловиях. Югославия была в то время в своеобразной обстановке. Нашасоциалистическая совокупность отличалась от советской и как бы служилапромежуточным звеном между Западом и Востоком.

Мы имели возможность слушать разныерадиостанции и наблюдать различное кино. В отечественных кинотеатрах показывали нетолько целый современный голливудский репертуар, но и, к примеру, Бергманаи Феллини. Примечательно, что в середине пятидесятых в другихсоциалистических государствах появилось что-то похожее на новуюкинематографическую волну — в Чехословакии, Польше, Советском Альянсе.Тогда я в первый раз взглянул мировые киношедевры, полюбил кино, но не думали не воображал, что стану режиссером, пока не заметил то, что сейчасназывают «авангардом» либо экспериментальным кино: Энди Уорхола, МайюДерен.

В то время, когда это случилось?

Примернов 18-20 лет я присоединился к киноклубу, что существовал в нашемгороде Нови-Сад. Необходимо заявить, что культурная жизнь была весьма хорошоорганизована в отечественной республике, по причине того, что кроме того в таких маленькихгородах, как Нови-Сад, были киноклубы, возможно было забрать напрокат камеру иснимать на 16-миллиметровую либо 8-миллиметровую пленку. Тогда же я снялсвои первые работы, каковые технически были несовершенны, но уже тогдамногое говорили о моем стиле.

Все мое поколение более молодыхкинематографистов, таких, к примеру, как Карпо Година, Райко Грилич,убивали время в киноклубах и имели возможность общаться со старшимпоколением — Александром Петровичем, Душаном Макавеевым, ЖивоиномПавловичем. В то время режиссеры поддерживали между собой более близкиедружественные отношения, чем на данный момент. Тогда нас объединяло лишь кино.на данный момент у всех кинематографистов имеется компьютеры, мы шлем видеофайлы другдругу и сообщения.

Кадр из фильма «Ранние работы» (1969)1/6

Испытываете ностальгию по тем временам?

Онет, я не желаю заявить, что мы утратили красивую либо романтичнуюэпоху. Нынешнее поколение режиссеров взяло широкий доступ ктехнической базе. К примеру, компьютеры позволяют без особоготруда монтировать материал. Раньше же для этого требовался специальныйдоступ к лаборатории, где продолжительные месяцы днями и ночами монтировалсяодин-единственный фильм. Еще сравнительно не так давно был нужен продюсер, которыйдаст тебе 50 тысяч евро — минимум.

Молодое поколение кинематографистовможет сделать таковой фильм за три дня, собрав деньги при помощикраудфандинга. Благодаря данной новой простоте мы открыли для себяафриканский кинематограф, что имеет собственные традиции и собственный бэкграунд,такой же замечательный, как индийское либо гонконгское кино. Я в прошлом годубыл в Африке и заметил, как юный местный кинематограф полностьюотвергает всю традицию и голливудскую продукцию.

Исходя из этого я не испытываюникаких сантиментов по поводу того, каким было кинопроизводствопятьдесят лет назад. Я бы желал с этими новыми возможностями делатькаждый год по нескольку фильмов.

Поведайте, прошу вас, о том периоде, в то время, когда вы начали профессионально снимать.

Когдая был студентом, у нас в Нови-Саде выходил студенческий киножурнал.Кроме того нет, не издание, а еженедельная газета «Индекс». Я был молодымкинокритиком. Это была середина шестидесятых. В конце пятидесятых языккино преодолел тектонические трансформации. Это были не только эстетическиенаходки типа «новой волны», но и революция кинопроизводства.

Появилосьмного маленьких студий. К примеру, забрать хоть Джона Кассаветиса и другихподобных ему режиссеров. Эстетические же перемены были обусловленыгромадными трансформациями в европейском обществе. Во-первых, в серединешестидесятых начались протесты молодого поколения против империализма иколониальной политики. Заговорили о правах женщин и детей. Оченьпопулярной стала рок-музыка, которая была средством коммуникации молодыхлюдей.

Кроме того мода поменялась, прически, то, как люди в принципе велисебя. В отечественной же стране в то время была огромная неприятность цензуры иавторитарного правления, коррупции. Я снял собственный первый профессиональныйфильм во второй половине 60-ых годов двадцатого века — «Издание о молодежной деревне зимний период».

А в 1969-м яснял «Перемещение в июне» — о студенческих демонстрациях 1968 года вБелграде, каковые развернулись сразу после майских событий в Париже. А сначала 1970-х все эти многообещающие и оптимистические процессы началисворачиваться.

Да, и во второй половине 60-ых годов двадцатого века вы взяли вБерлине «Золотого медведя» за фильм «Ранние работы», что называютодним из основных произведений югославской «тёмной волны». Данный призкак-то мотивировал вас для предстоящего участия в фестивалях?

Еще в1968 году у меня вышел короткометражный документальный фильм«Безработный» о трудящихся-мигрантах. Храбрецы этого фильма пробовали найтиработу в Югославии и за границей. «Безработный» взял гран-при нафестивале в Оберхаузене в Германии, что равносильно «Золотому медведю».Эффект от этих призов был противоположный: я начал испытывать большеедавление со стороны национальной совокупности. Из-за «Ранних работ»,взявших приз Берлинале, против меня открыли дело.Но, вердикт суда был анекдотичным: «Жилник верно понимаеткоммунистические идеи, но наряду с этим полностью никчемен как режиссер; заплохое кино у нас делать выводы не принято».

Кадр из фильма «Свобода либо комиксы» (1972)1/3

Какое же кино наряду с этим считалось верным?

Вэто же время в Югославии процветало паразитическое пропагандистскоекино, режиссеры которого, к примеру, спекулировали на теме Второй мировойвойны и партизанского перемещения. Но все, кто вправду знал, какобстояли дела с партизанским перемещением, знали да и то, как это былорискованно, как этим людям в горах и лесах недоставало оружия,одежды а также еды. Это была не просто борьба, а добровольноесамопожертвование.

Не обращая внимания на фальшь, югославское партизанское кинобыло снято на широкую ногу, в громадном голливудском стиле, со звездами вглавных ролях. Всем антифашистам было стыдно наблюдать такие фильмы. Этоне было правдой. Это был какой-то цирк.

И большая часть югославскихкинематографистов принимало данный цирк как должное. Югославскиережиссеры помоложе, которых я упоминал ранее, пробовали снимать киноболее реалистичное, более похожое на правду.

Поведайте, из-за чего вы покинули Югославию.

Послемоей победы на Берлинале состоялся коммунистический симпозиум, накотором меня обвинили в троцкизме. Я был удивлен, по причине того, что в Югославиине было опубликовано ни одной троцкистской статьи. Как возможно былообвинять меня в том, чего не существовало у нас?

В начале 70-хвсе прогрессивное поколение югославских кинематографистов пребывало подтаким давлением, что практически что-то снимать дальше не представлялосьвозможным никому из нас. Мы были весьма зависимы от государстватехнически — негде было забрать камеру либо негативы. Исходя из этого я простоупаковал чемоданы и уехал в Германию.

Необходимо заявить, что так началсяболее успешный период в моем творчестве. К примеру, в том месте я познакомился сВернером Херцогом и другими известными сотрудниками. В Германии я снялсемь документальных и одну художественную картину.

Вы наделяете собственных храбрецов какими-то автобиографическими чертами?

Когдавы вовлечены в любой творческий процесс, личная биография — невсегда хороший материал для анализа. Я бы сообщил, лучше наделять своихгероев чертами, вам не свойственными. В большинстве случаев так и происходит в мировойистории культуры, и не только с творчеством, но и с персоналиями. Забрать,к примеру, видного архитектора и хорватского скульптора ИванаМештровича. Он создавал необычные эпические монументы, прославившисьво всем мире.

Наряду с этим он происходил из весьма бедной семьи, в юные годы неумел ни просматривать, ни писать. Либо все знают Тито и тот факт, что он жилкак король. В юные годы же он пережил страшную нищету, в то время, когда ему буквальнонечего было имеется. Исходя из этого в случае если сказать об автобиографическойсоставляющей в моем творчестве, то ее скорее нет, а имеется, напротив,отличия, каковые мне занимательны в моих храбрецах. Мои дедушка и бабушка,к примеру, были поражены, в то время, когда выяснили, что я режиссер.

Они мне сообщили:«Из-за чего ты не снимаешь о себе?» Создатель в большинстве случаев пробует сбежать от себя всвоей работе.

Кадр из фильма «Ветхая школа капитализма» (2009)1/3

Вфильме «Ветхая школа капитализма» имеется русский персонаж из «Газпрома»,что от лица Путина обещает сербам 70 тысяч русских дам. Как ипочему показался данный храбрец?

В конце 2000-х, в то время, когда был снят этотфильм, в Нови-Саде шли дискуссии по поводу незаконной приватизацииместных заводов. Один таковой случай был обрисован в газете, по немуя и снял фильм. Неотъемлемой частью всей данной истории была добыча нефти да и то,что мы расположены рядом с Румынией, где имеется залежи нефти. В Сербиитоже имеется месторождение, но маленькое. Именно в то время в нашемпарламенте проходили ожесточённые дебаты о том, дабы реализовать всю нашунефть русскому «Газпрому».

Всего за 400 тысяч евро! Все осознавали,как смехотворна эта цена. Эта история была обычной постсоветскойманипуляцией. Тогда в народе внезапно стали весьма популярны шутки прорусских.

Мы не смеялись над русскими людьми по большому счету, мы смеялись над«новыми русскими» — тем типом капиталистов, каковые пробуют на всемнажиться. Так в моем фильме показался данный русский из «Газпрома».

Всюжизнь вы снимаете фильмы об обездоленных и людях, борющихся сугнетением и лишениями. Возможно заявить, что у вас обостренное чувствосправедливости?

Не пологаю, что моей целью было снимать киноисключительно о несправедливости. Я пробовал делать фильмы… Как бы этосказать… О людях с иным мнением. В Югославии постоянно висело так многолжи в воздухе, было так много неисполненных обещаний.

У нас на самомделе не было социализма. А было как при капитализме — в то время, когда имеется высшийкласс с прочными домашними связями, рабочий и средний класс. Присоциализме же должно существовать равенство.

Но что я видел? Элиту,которая держалась на безлюдной идеологии и была заинтересована лишь всохранении собственных позиций, больше ни в чем. Это было похоже набезумие.

Я пробовал применять собственные фильмы как пространство иоснование для возможности высказаться людям, у которых не было голоса.Это были аутсайдеры вне всякой политической карьеры. Исходя из этого показатьнесправедливость не было моей первостепенной целью. Моей задачей быловыразить солидарность с теми людьми, в которых я видел неординарныхличностей.

Грубо говоря, из пятидесяти людей, с которыми я сотрудничалнад фильмами, двадцать пять были режиссерами, поэтами либо музыкантами,другие же двадцать пять человек были моими приятелями. Мои документальныефильмы — метод выразить себя для тех, у кого не было никаких другихмасс-медиа — газет либо телевидения. Иначе говоря оказать помощь им вкакой-то степени совершить каминг-аут.

В Европе было большое количество таких фильмови режиссеров. В Югославии же не было. И я пробовал стать таким социальноответственным режиссером.

Наталья Серебрякова

Берлинале-2018: Итоги кинокритиков